Период оккупации Одессы

  Осенью 1941 года за один день обороны Одессы разрывалось до пятнадцати тысяч вражеских снарядов и мин.  Когда же наши войска оставили рубежи обороны, наступила тишина, которая казалась агрессору опасной.


  Например, советские войска оставили село Великий Дальник 15 октября, а только под вечер 16 октября Одесса и пригород увидели авангардные части противника. Правду говоря, оккупантам было чего бояться, ведь еще во время обороны Одессы они столкнулись с организованным сопротивлением на уже оккупированных ими территориях. В Беляевском районе с первых дней провозглашения войны из отрядов самообороны, созданных в большинстве сёл, на предприятиях и в колхозах, формировались взводы истребительного батальона. Самые многочисленные отряды были на станции «Днестр», МТС, районном отделе милиции. Уже в июле 1941 года все они объединились в один батальон, а в сущности это был вооруженный и хорошо обученный партизанский отряд, который перед приходом фашистов насчитывал около 250 человек. Подавляющее большинство народных ополченцев впоследствии отошли с отступающими частями Приморской армии, влившись в ряды легендарной 25-й Чапаевской дивизии и другие соединения, мужественно оборонявшие подступы к Одессе.

Подвиг солдат батальона Коновальчука


  Когда враг приблизился к Беляевке, отряд держал оборону на линии: Днестровский лиман — Кагарлык — Фройденталь (Мирное). Народное ополчение вместе с нашими войсками 12 дней сдерживало натиск врага. Одиннадцатого августа была остановлена работа станции «Днестр», многотысячное население Одессы и армия остались без питьевой воды. Одесса стала единственным в мире городом, где воду отпускали по карточкам. Всем известен факт героизма отряда из восемнадцати человек под руководством Коновальчука, который под носом у фашистов был переброшен через фронт и подавал воду в Одессу. Только за несколько часов до вступления румынских войск в Беляевку работники станции вернулись в Одессу.

Оккупация Беляевки


  Румыны оккупировали Беляевку 19 августа 1941 года, а 22 августа на станцию Выгода прибыл Ион Антонеску с намерением возглавить войска, которые в продолжение суток должны были окончательно сломить сопротивление и завладеть Одессой. На 23 августа, день рождения Антонеску, был назначен военный парад румынских войск на Соборной площади. Мы с вами знаем, чем закончились эти намерения, а в те дни румынское командование, стараясь обеспечить надежную охрану руководителя армии, проводит ряд мероприятий по наведению порядка в оккупированных селах. А в это время в Беляевке неизвестными был убит румынский офицер, в результате чего начались аресты всех, на кого упало подозрение. В продолжение двух суток арестовали больше пятидесяти членов истребительного батальона и несколько десятков подозреваемых жителей Беляевки из числа коммунистов, комсомольцев, руководителей. Всех жестоко допрашивали. Первыми расстреляли руководителей истребительного батальона: командира отряда Дмитрия Семеновича Геращенко, комиссара Даниила Миновича Шевченко, командиров взводов Андрея Степановича Зезика и Ивана Степановича Фоменко. Вот как вспоминает те трагические события сын казненного, житель Беляевки Константин Андреевич Зезик:

  «Утром к нам во двор неожиданно зашел сосед, местный полицай, он издалека окликнул мать: «Аня, иди, там, на Выгоне (так называли нынешнюю центральную площадь Беляевки), твоего мужа убили».

  Я примчался раньше мамы, увидел окровавленного папу, прошитые пулеметной очередью его спину и голову». В песчаном карьере Беляевки прозвучали пулеметные очереди и в ночь на 3 сентября, когда одновременно оборвалась жизнь полсотни местных жителей. Так жестоко фашисты расправились с народными мстителями, которые входили в состав истребительного батальона. Это был один из самых массовых расстрелов местного населения. А за несколько дней до этого четверых местных жителей казнили средь бела дня на центральной площади Беляевки. Окровавленные тела патриотов пролежали три дня: фашисты хотели, чтобы население видело, как расправляется новая власть с теми, кто не покоряется. В начале оккупации была еще одна публичная казнь и тоже в центре села: на возведенной на быструю руку виселице оккупанты повесили трех комсомольцев. Они не были местными жителями, потому их фамилии спустя некоторое время свидетели тех событий уже вспомнить не могли. Позже имели место и другие расстрелы. Такие трагические факты были не редкостью во всех селах Беляевского и Одесского районов, которые становились оккупированными с постепенным приближением врага к Одессе.

  Подобные действия захватчиков еще больше усиливали движение сопротивления. На место тех, кого казнили, становились новые мстители и в течение всего периода оккупации оказывали сопротивление фашистам. Истребительный батальон влился в состав 25-й Чапаевской дивизии, а в Беляевском районе была создана подпольная организация с необходимым снаряжением и конспиративной сетью. Впоследствии были созданы боевые отряды во всех селах Приднестровья, которые активно и слаженно действовали на оккупированной фашистскими войсками территории. Подпольщики под руководством С.Г. Стесьмака, И.Ф. Касьяненко, А.С. Могильды готовились к вооруженной борьбе, собирали и передавали разведывательную информацию, принимали участие в диверсиях, информировали население о действиях советских войск. Защитники родного края были разного возраста: от подростков 12–14 лет до дедушек и бабушек.

Захват Одесского района


  Села Одесского района (в настоящее время Беляевского), которые расположены на последнем рубеже обороны Одессы, были захвачены в один день с Одессой. 16 октября 1941 года Одесский порт покинул последний корабль, что завершило эвакуацию советских войск. Обитатели пригорода сразу почувствовали на себе действия фашистской администрации. Например, в селе Великий Дальник в первые дни оккупации фашисты расстреляли пять мирных жителей, забрали свыше тысячи голов скота, сожгли больше тридцати домов. Так и в других селах захватчики пытались террором подчеркнуть, что именно они здесь хозяева. К новообразованному «губернаторству», которое назвали Транснистрией (Заднестровье), были включены завоёванные южно-западные украинские земли, в том числе и Одесская область. Граница Транснистрии проходила вдоль Днестра, это была зона интересов, как Румынии, так и Германии.

  В селах Транснистрии создавались «трудовые общества», которыми руководили фашистские чиновники. Каждое такое общество должно было сдавать оккупационной власти сельскохозяйственную продукцию в больших объемах: молоко, мясо, сыр, яйца, мед, а за невыполнение плана «виновные» карались тюремным заключением. На так называемых «государственных фермах», земля и имущество которых считались румынской собственностью, обязаны были работать все крестьяне в радиусе тридцати километров. За наименьшую вину (например, невыход на работу) крестьян наказывали разными способами. В одном из приказов «новой власти» читаем:

  «б) в сельскохозяйственной работе нет восьмичасового дня. Оная должна производиться от восхода до заката солнца. Кто не будет выходить на работу, будет вывезен в другое место со своей семьей и будет работать принудительно под присмотром жандарма».

  В каждом селе базировался жандармский пост из 3–5 человек. Колхозы, совхозы и МТС были разграблены фашистской администрацией. Согласно конвенции о статусе немецкого населения Транснистрии, которая была подписана 13 декабря 1941 года губернатором Алексяну и оберфюрером СС Хофмайером, «Фольксдойче миттельштелле» получила право направлять в Транснистрию представителей двенадцати немецких фирм с целью «закупки и отправления» в Германию «местных товаров». «Фольксдойче миттельштелле» — это специальная служба войск СС по содействию лицам немецкого происхождения, которая взяла под опеку местное немецкое население и считала его своей надежной опорой на территории между Днестром и Южным Бугом. Эта служба создавала компактные немецкие зоны. Для охраны таких населенных пунктов были созданы военизированные формирования из местных немцев во главе с офицерами СС. Такие «привилегии» впоследствии вылились в трагедию немецких семей, когда в 1944 году они поняли, что намерение фашистов остаться навсегда на этой благодатной земле оказалось пустой мечтой. Но это будет впоследствии, а с первых дней оккупации лица немецкого происхождения получили все льготы. Представители румынской власти не имели права вмешиваться в дела немецких поселений.

  Одновременно жители Беляевского района становились свидетелями того, как претворялась в жизнь идея Гитлера о том, что «в будущем в Европе должны быть две расы: германская и латинская». 10 января 1942 года вышел приказ, согласно которому в продолжение двух дней должны были явиться

  «…все без исключения евреи… Одессы и ее пригородов».

  Этот же день стал началом эвакуации евреев сначала к этапным пунктам, а затем к лагерям гетто с последующим уничтожением. Один из таких этапных пунктов находился в селе Великий Дальник. Пешком, под холодным дождем и снегом гнали сюда, как скот, не только евреев, но и представителей других национальностей, среди которых были младенцы, дети 2–3 лет, беременные, а также молодые красноармейцы, взятые в плен в начальные дни войны. Очевидцы рассказывают, что к ночи колонна добралась до этапного пункта, где замерзших голодных людей загнали в бараки, скорее всего, в помещения, построенные когда-то для скота. В тесноте не только лечь, сесть было невозможно. Всю ночь раздавались плач, стон, кто-то даже рожал. Утром колонна отправилась дальше, оставив новорожденных в холодном сарае. Детей спасали местные жители. Дорогой часть пленных погибала, другие продолжали движение и, обойдя Одессу, через Ильинку, Севериновку, другие села шли на Доманевку, где находился лагерь гетто. Живыми оставались немногие, они и рассказали, как по пути относились к ним обитатели пригорода и других сел:

  «то кусок хлеба вынесут, то детей оторвут от колонны и спрячут, а некоторых малышей потом выдавали за своих детей и давали им свою фамилию, оставляя в семье».

  В своих действиях гитлеровцы не видели ничего преступного и к славянам относились не лучше, чем к евреям и цыганам.

  В ноябре 1941 года во время празднования присоединения Румынии к государствам оси Берлин — Рим — Токио вице-премьер Румынии Михай Антонеску говорил:

  «По отношению к славянам необходимо занять непреклонную позицию, а потому какой-либо раздел… или оккупация славянской территории являются законными актами».

  Гитлер поддержал его. С целью ограбления оккупированных украинских территорий между Днестром и Южным Бугом в декабре 1941 года была создана специальная служба по сбору трофеев. Из Одессы отправлялись тысячи вагонов с «трофейным» имуществом, но главная ставка делалась на вывоз продовольствия. Антонеску самоуверенно дал указание губернатору Транснистрии Г. Алексяну:

  «Действуйте там так, будто бы власть Румынии установилась на этой территории на два миллиона лет».

Партизанская борьба против фашистских захватчиков в Одессе


  С намерениями фашистов задержаться на Одесчине в продолжение миллионов лет не могло согласиться население края. Непобежденные войска отступили, чтобы впоследствии вернуться, а борьба против фашистских захватчиков не прекращалась. Ее продолжили партизаны, которые были сформированы на базе партийного и советского актива и истребительных отрядов, разведывательно-диверсионных групп, созданных, как армейскими подразделениями, так и органами госбезопасности из центра. Существовало несколько формирований, действовавших то параллельно, то совместно.

  25 августа 1941 года в Хаджибейском парке, на квартире Полищука состоялось заседание по вопросу организации партизанского отряда. Присутствовали полковник госбезопасности товарищ Григорий, партизаны-подпольщики Иванов, Полищук, Молога, Ловякин, Стоянов, Голубенко и другие. Командиром партизанского отряда был утвержден Голубенко. В ночь на 26 августа в катакомбы, по улице Ленина, через колодец (двор Наталии Дмитриевны Мологи) было доставлено оружие, боеприпасы, продовольственные товары, существовала связь с отрядом Молодцова-Бадаева и Куяльницким отрядом Иванова.

  В катакомбах села Усатово организовал свою основную базу подпольный райком Одесского пригородного района во главе с С. Ф. Лазаревым. Вторым секретарем был утвержден Н. А. Крылевский, а затем секретарем был Л.Ф. Горбель. Подпольщики заблаговременно завезли в катакомбы боеприпасы, продукты, горючее, одежду и обувь, были установлены радиоприемник и печатная машинка. За два дня до эвакуации войск из Одессы, 14 октября 1941 года, семь подпольщиков во главе с Лазаревым спустились в катакомбы, а шестеро остались в Одессе и селах для разведки и связи. В одном из обращений отряда Лазарева к работникам железной дороги говорилось:

  «Уничтожайте вагоны, пускайте эшелоны под откос. Поджигайте цистерны с бензином, всеми способами уничтожайте транспорт ненавистных оккупантов».

  Труженики Одесской железной дороги и сами наносили врагу потери. Еще во время обороны начальник станции Выгода Карпинский сумел вместе с работниками станции захватить высаженный вражеский десант. А за период оккупации в Одесской области было организовано 27 крушений.

  В Нерубайских катакомбах и в Одессе отдельно от названных структур располагались члены двух разведывательно-диверсионных отрядов под командованием капитана госбезопасности В. А. Молодцова (псевдоним — Павел Бадаев), который прибыл в июле из Москвы. Таким образом, к моменту оккупации в Одессе и в близлежащих сёлах были созданы десятки отрядов, которые действовали согласованно, организовывали разъяснительную работу среди населения, развенчивали фашистскую пропаганду о разгроме Красной Армии, призывали земляков к активной борьбе с оккупантами. С конца 1941 года и в продолжение следующих двух лет главной формой движения Сопротивления на оккупированных Румынией территориях стали диверсионная и пропагандистская деятельность подполья в пределах конкретного населенного пункта и саботаж оккупационной администрации. Разведывательно-диверсионные отряды, управляемые Молодцовым-Бадаевым, не ослабляя разведку в тылу врага, приступили к диверсионной работе. Небольшая группа подпольщиков во главе с опытным партизаном Д. Г. Митниковым взорвала в нескольких местах железнодорожное полотно на участке Дачное — Вторая Застава. На некоторое время движение по магистрали было прервано.

Парторг Константин  Зелинский


  В середине ноября 1941 года подрывники, возглавляемые парторгом К. Н. Зелинским, неподалеку от станции Дачная пустили под откос военный эшелон с артиллерийскими орудиями и боеприпасами. Было уничтожено больше десятка вагонов, погибло несколько фашистов. Фамилия Зелинского не так часто вспоминается в литературе, как некоторые другие, а между тем, на гранитной плите Аллеи Славы, что в Одессе, среди героев Великой Отечественной войны высечено и его имя. Константин Николаевич Зелинский был секретарем парторганизации партизанского отряда Молодцова-Бадаева и, как правило, все опасные задания брал на себя. Говорили партизаны:

  «Где опасность — там и парторг».

  До войны он жил в Фоминой (Большой) Балке и удачно руководил там колхозом. Пользовался уважением односельчан и доверием руководства Одесского района. В отряде Бадаева очутился на своем месте — знал местность, людей, мог постоять за родную землю. Особенно Константин Николаевич отличился во время операции в ночь на 17 ноября. Вместе с И. И. Ивановым они провели боевую операцию в районе станции Дачная, где взорвали специальный поезд с фашистскими чиновниками, которые следовали в Одессу править Транснистрией и для «наведения нового порядка». Подрывники высадили поезд в воздух, и в результате операции погибло больше 250 оккупантов. Эта операция входит в десятку важнейших эпизодов партизанской борьбы.

  Фашисты запугивали население массовыми расстрелами, но сопротивление и месть оккупантам росли. Успешные действия партизан вынуждали сигуранцу и гестапо принимать ответные меры. Они смогли подкупить изменника, который указал на место нахождения Молодцова-Бадаева, 9 февраля 1942 года командира вместе с товарищами арестовали. Оставив на явочной квартире засаду, фашисты в течение недели арестовали еще шестнадцать партизан. Но катакомбы оставались для оккупантов пороховой ямой. После ареста Молодцова-Бадаева в феврале 1942 года румынская контрразведка усилила блокаду подземелья. Для объединения действий, защиты в катакомбах состоялась встреча двух отрядов: райкомовцев и бадаевцев. Они начали действовать совместно. В апреле-мае 1942 года вместе провели несколько операций и уничтожили больше пятидесяти фашистов. Настоящим воином в этот период опять проявил себя К. Н. Зелинский. Каратели наступали, не считаясь с потерями, потому что пытались любой ценой проникнуть в штольню и обезвредить партизан. Бой в подземелье в условиях непроглядной тьмы был очень тяжелым. Хорошо осведомленная о лабиринтах катакомб, группа Зелинского обошла тех, кто проник к штольне. Под прикрытием товарищей Зелинский протиснулся вперед и метнул одну за другой гранаты вдогонку гитлеровцам. Каратели отступили.

Одесские катакомбы — подземная твердыня партизан


  Удостоверившись в бесплодности попыток победить партизан, фашисты заблокировали катакомбы, устроив возле выходов около четырехсот постоянных постов. Подземная твердыня партизан очутилась заблокированной, к тому же Бадаев находился в застенках сигуранцы. В конце мая 1942 года продовольственные запасы закончились, а пополнить их во время блокады было невозможно. Партизаны решили временно выйти из катакомб и разделиться: кто-то должен был отправиться в Савранские леса, кто-то остаться в городе. К. Н. Зелинский был оставлен для работы в Одессе, но только он начал налаживать связи, его схватили. Оказавшись в застенках, он непреклонно переносил пытки и издевательства, до последней минуты жизни оставался патриотом Родины. Молодцова-Бадаева и еще одиннадцать подпольщиков, арестованных в феврале, казнили в июле 1942 года, четверо были осуждены и получили разные сроки каторжных работ. В приговоре, который был опубликован в «Одесской газете» от 3 июля, говорилось, что суд, рассмотрев дело членов группы, обвинил их в «ведении подрывной террористической работы, шпионаже и укрытии склада оружия и амуниции». За лето 1942 года сигуранца схватила значительную часть подпольщиков. Однако полностью ликвидировать подполье им не удалось, а в Бухарест достаточно часто поступали сообщения из Одессы: «партизаны опять перешли к активным действиям».

«Молодая гвардия» Беляевского района


 Не прекращали активных действий и партизаны населённых пунктов Беляевского района, расположенных на берегу Днестра. В селе Троицкое в течение 1941–1943 годов действовали молодогвардейцы под руководством молодых учителей К. Н. Кобельского и П. И. Соборова. В конце октября 1941 года все организации приднестровских сел согласовывали свои действия и объединились в единую разветвленную систему с несколькими первичными организациями в каждом селе. В Приднестровье ее возглавил Матвей Малай. Он был связан с подпольщиками Одессы, а также согласовывал общие действия подпольщиков Беляевки и Яссок. С каждым днем организация пополнялась. Троицкие молодогвардейцы собирались на чердаке школы: слушали радио и распространяли сводки среди земляков, собирали оружие, будучи уверенными, что наши войска вернутся и им понадобится помощь партизан. Быстрый рост количества членов подполья имел и свои негативные стороны, в апреле 1943 года комсомольско-молодежная подпольная организация была предана. Поскольку все подпольщики приднестровских сел были между собой связаны, то предательство распространилось на все села одновременно. Главной причиной стало то, что не все соблюдали правила конспирации и как следствие — из-за изменника в апреле за несколько дней арестовали почти всех участников подполья сел Беляевка, Ясски, Троицкое, Маяки.

  В Яссках были арестованы заведующий клубом Петр Шойко, учителя Иван Кириченко и Нина Молокоедова, комсомолец Николай Холявко и даже секретарь примарии Василий Богорош, который передавал подпольщикам различные документы врагов и имел оружие, о чем стало известно румынам.

  В Маяках подпольную партизанскую группу создал участник Гражданской войны, коммунист Мирон Богачев, именем которого в настоящее время названа одна из улиц села. Фашисты долго не тянули, без следствия и суда между Беляевкой и Маяками расстреляли почти всех руководителей подполья, остальные были осуждены и расстреляны позже, в ноябре 1943 года, а несколько лиц, в большинстве женщины и девушки, осуждены к 25 годам каторги.

  23 апреля 1943 года были расстреляны: Матвей Малай, руководитель подпольной комсомольско­молодежной организации Беляевского района, которая действовала в 1941–1943 годах, Константин Кобельский, комсорг комсомольско­молодежной организации, Андрей Могильда, руководитель боевой группы Беляевского подполья, Георгий Полозов, руководитель Беляевской подпольной группы станции «Днестр», Павел Довженко, руководитель розведгруппы города Беляевка, члены подпольной группы Беляевки: Алексей Радул, Григорий Подмазко, Иван Касьяненко, Леонид Лерантович, руководитель разведгруппы Петр Тарасенко и член боевой группы Иван Макаров села Троицкое, члены разведовательной группы села Ясски Николай Холявко и Василий Богорош. В ночь с 9 на 10 ноября 1943 года в Одессе были расстреляны еще 21 подпольщик. Среди них — член Беляевской боевой группы Александр Тесса, член Троицкой боевой группы Николай Указный, руководитель Яссковской подпольной группы Иван Кириченко, член подпольного бюро районной подпольной организации Пётр Шойко. Самому молодому подпольщику Александру Полянскому в день расстрела было только 16 лет.

  А в это время после арестов и расстрелов 1942 года возобновили свою работу подпольные группы в пригороде. Тем более, что горечь поражений советских войск изменилась несколькими решающими битвами, которые стали переломными: под Москвой, Сталинградом, на Кавказе. Они вселили надежду. Весной в 1943 году Пригородный подпольный райком вернулся на свою подземную базу в Усатовские катакомбы. Он организовал два партизанских отряда: Усатовский и Куяльницкий во главе с Н. А. Крылевским и Л. Ф. Горбелем. Были награждены медалями за участие в партизанской борьбе жители села Усатово: Илья Иванович Герасимчук, Иван Яковлевич Крыжановский, Евдокия Никитична Самборская, Анатолий Петрович Самборский, Петр Васильевич Тачук, Митрофан Ильич Телющенко.

  В книге «Одесская область в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов» читаем о преступлениях фашистских захватчиков:

  «9 апреля 1944 года немецко-фашистские бандиты совершили тотальный террор над стариками, женщинами и детьми сел Усатово и Куяльник. Расстреливали почти всех, кто находился в селах, и оставались только те, кто спрятался в катакомбах. В селе Усатово расстреляны старики, женщины и дети, больше 570 человек. Из них в возрасте от одного месяца до одного года — 28 детей. По улицам села лежали тела замордованных людей».

  Около церкви фашисты штыком закололи 70-летнего священнослужителя Ивана Гавриловича Прокопьева, расстреляли его жену, псаломщика, а также всех, кто в это время находился в церкви во время служения. Подобные факты остались в истории многих сел Беляевщини. Фашистские карательные отряды, чувствуя неминуемый конец, не только ускорили вывоз материальных ценностей, но и безжалостно расправились с населением. В Одессе тюрьма во время оккупации была подчинена румынам, а накануне освобождения города ее передали немцам. Во дворе тюрьмы были расстреляны тысячи женщин и мужчин. Прямо в камере расстреляли подпольщиков из приднестровских сёл Нину Молокоедову и Митрофана Полянского.

  За два дня до освобождения в ответ на действия партизан, которые действовали под руководством Степана Кащенко, карательный отряд прибыл в Холодную Балку и устроил массовый расстрел людей. В округе одновременно уничтожено 306 лиц, среди которых в основном были обитатели сел Холодная Балка и Гниляково (Дачное).

  Люди нескольких поколений попали под прицел фашистов в тот день: матери, выплакавшие глаза над сообщениями о гибели сыновей, юные солдатки, которые не дождались мужей с поля боя, и даже совсем малые дети, так и не понявшие, что их ожидает. Боль и ужас! Неподалеку от Холодной Балки установлен памятный знак, напоминающий о невинно убиенных, и недаром его сделали в свое время в виде колокола, который должен напоминать всем следующим поколениям: люди, будьте бдительны, берегите мир на Земле!

  В то же время продолжалась эвакуация населения немецких сел, которая началась во второй декаде марта 1944 года. Первые колонны беженцев пересекли реку Днестр в ночь с 17 на 18 марта. Старожилка села Секретаровка М. Громчик оставила свои воспоминания:

  «… одной ночью 1944 года было очень шумно: ревели коровы, лаяли собаки, а утром отец нас разбудил и сказал, что все немецкие семьи оставили село».

  По официальным данным около 135 тысяч немецких поселенцев было депортировано. Гитлеровцы не только заставили колонистов покинуть страну, которая приютила их в свое время, но и призвали депортированных мужчин на службу в ряды немецкой армии. На фронте они воевали против Советской Армии и многие из них погибли. После войны часть немецких поселенцев осталась в западных зонах оккупированной Германии, часть была депортирована на территорию СССР и направлена на специальные поселения в северные области Сибири и Казахстана. Таким образом, большая часть сел Беляевского района осталась почти без населения. Например, в селе Михайловка на конец войны проживали всего две семьи, поэтому, сразу после освобождения Украины в Беляевский и Одесский районы началась новая волна переселения из других областей Украины и северных районов Одесской области.

  Действия одесских партизан и подпольщиков говорят о том, что, несмотря на кровавые расправы, люди не смирились. Ожидая возвращения освободителей, широкие слои населения принимали участие в срыве экономических, политических и военных планов фашистских захватчиков. Отважная и самоотверженная деятельность партизан и подпольщиков получила всенародное признание, а в октябре 2001 года Президент Украины Леонид Кучма подписал Указ, в котором говорится:

  «…С целью всенародного чествования подвига партизан и подпольщиков в период Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, увековечения их памяти, постановляю:…Установить День партизанской Славы, который отмечать ежегодно 22 сентября».

  С тех пор в населенных пунктах Украины отмечается не только День Победы, но и День партизанской славы, ведь эта страница Великой Отечественной войны достойна отдельного внимания. На Аллее Славы в Одессе рядом с именами героев Советской Армии, которые отличились в войне, на гранитных плитах высечено имя славного руководителя одесских партизан В. Д. Авдеева (Черноморского), отважного чекиста Героя Советского Союза В. А. Молодцова (Бадаева), крестьянина, секретаря партийной организации партизанского отряда К. Н. Зелинского. Память о них бессмертна.

  Не только в Одессе на Аллее Славы склоняют головы и подносят героям цветы наши современники. День партизанской славы отмечают и в каждом населенном пункте Беляевского района, в частности в селе Нерубайское, которое было центром партизанского и подпольного движения Одесчины во время войны. Многих участников тех событий уже среди нас нет, а память жива. К обелискам приходят дети и внуки героев, все, кто знаком с героическим прошлым земляков, что стояли насмерть за родную землю.

Нерубайские катакомбы


  Когда Вы из Одессы отправитесь по направлению к Усатово, Вы обязательно увидите величественный мемориальный комплекс, который расположен в Нерубайском и является достойной составляющей Пояса Славы вокруг Одессы. Поклонитесь обелиску, символизирующему отвагу партизан и подпольщиков, волю которых не смогли покорить захватчики. Недаром же памятник партизанам, являющийся частью Музея партизанской славы, авторы назвали «Люди-камни». Но мы знаем, что эти «каменные» люди чувствовали боль и жажду, строили планы на будущее, любили, имели огромное желание жить, видеть над собой мирное небо. Это право они отстояли для нас.


Использованная литература:

- 90 років Біляївському району.—Одесса: Астропринт, 2013.

Комментариев нет:

Отправка комментария